Гвозди вбитые в Слово ставшее Плотью. Слово о Кресте — Сила Божия. Да и Аминь.

В христианском толковании Священного Писания Ветхий и Новый Заветы не просто связаны — они проникают друг в друга буквально вбивая гвозди в плоть Истины в Самого Яхве тем самым свершая пророчество Самого Сущего Бога. Вглядываясь в Имя, открытое Моисею у неопалимой купины, истинный разум зрит в Нём пророческое начертание распятия Кресте Христово.
В Писании явление Сидящего на престоле ветхими днями (Дан. 7:9) и тетраграмматон подводят к совершению пророчества на глубоком, сущностном уровне. Как свидетельствует Апостол Павел: «Слово о кресте для погибающих юродство есть, а для нас, спасаемых, — сила Божия» (1 Кор. 1:18). Новозаветные события переводят древние видения из области знаков в историческую реальность Креста, где Само имя Божие являет Себя как спасение на Кресте. Руки и Гвозди. Знамение имени развертывание этого знамения происходит в диалоге Христа и апостола Фомы. Евангелие от Иоанна доносит до нас дословное условие ученика: «Если не увижу на руках Его ран от гвоздей… не поверю» (Ин. 20:25). Спаситель предлагает: «Посмотри руки Мои…» (Ин. 20:27), на что Фома отвечает исповеданием: «Господь мой и Бог мой!» (Ин. 20:28), отождествляя Иисуса Богом Израиля.
Здесь проявилось духовное зрение Апостола. Фома действовал не в неведении, а обладал внутренним видением. Как ревнитель Писания, он знал графические истоки имени Господа. Он целенаправленно просил показать ему руки и раны от гвоздей — те самые два прообраза, которые заложены в древнейших протосинайских пиктограммах четырехбуквенного Имени Бога. Их начертание донесло образ распятия через века до наших дней:
Буква Йод (𐤉) изображала руку, указующую длань.Буква Вав (𐤅) несла в себе образ колышка или гвоздя, удерживающего опору.
Требование Фомы — это призыв исполнить пророческий чертеж, начертанный в самом имени Сущего. Само изображение распятия проступает сквозь пласты древней письменности как изначальный первообраз Яхве во плоти. Ибо Слово о Кресте есть Сила Божия.
В созерцании Апостольской Церкви и многих других, Голгофская жертва и Слово о Кресте становится ключом к познанию Божественного имени. Четыре буквы Тетраграмматона Яхве — это не просто звуки, но осязаемая Сила Божия, удерживающая вселенную. Буква Хе (𐤄), повторяющаяся дважды, в древности представляла фигуру человека с воздетыми руками и означала возглас: «Вот! Смотри!».
Сплетаясь воедино, Имя Господне являет Голгофский прообраз, где Йод (Рука) и Вав (Гвоздь) посреди возвышенных в молитве рук Хе образуют само начертание человека на Кресте. Это начертание громко взывает из ветхозаветной глубины словами Пилата: «Се, Человек!» (Ин. 19:5) и призывом Христа к Фоме: «Посмотри…».
Крест Христов, сокрытый в графике имени Яхве, предстает не немощью, но явлением непостижимой Силы. Апостольская Церковь воспевает Крест как орудие спасения, и это спасительное действие изначально было вписано в самобытие Бога и Агнца имя Божье и воплощение Христа — это два проявления одного и того же предвечного замысла. Бог назвал Себя «Сущим» (Исх. 3:14) и одновременно запечатлел в начертании имени образ рук, пронзенных гвоздями. Воплощение Слова раскрывает, что Имя Господа с самого начала несло в себе Слово о Кресте.
С позиции Апостольской веры в этом проявляется глубина Божьего промысла. Книги Ветхого Завета писали Духом Святым вещи, полное значение которых раскрылось лишь во Христе (Евр. 1:1–2). То, что для языковеда остается лишь эволюцией алфавита, для верующего разума становится предвечным знамением Творца, запечатлевшего на Своем имени знаки спасительного Креста, который есть Животворящая Сила Божия во Христе Иисусе.